Внутреннее убранство храма Спаса на крови (он же храм Воскресения Христова), расположенного в Санкт-Петербурге на берегу канала Грибоедова, создавала целая плеяда выдающихся русских художников рубежа XIX-XX веков при участии ведущих экспертов по монументальной живописи: профессора Академии художеств Павла Петровича Чистякова, а также знатоков церковной археологии и древнерусского искусства Николая Васильевича Покровского и некоего В.И. Успенского, про которого ныне ничего неизвестно. Храм оформляли более 30 художников ― преимущественно выпускников Академии художеств, что в общем-то не удивительно.

При этом сразу бросается в глаза, что представленные картины (назовём их так, хотя можно применить и слово «иконы», ибо стилистика вполне соответствует этому типу изображений) выполнены не в традиционной для икон технике. Изображений в византийском стиле я лично не заметила (но там и не мозаики, а живопись), хотя что в данном случае называть византийским стилем? Если посмотреть на изображения в целом, то здесь больше образов в стиле «модерн», также сильна, так сказать, «васнецовская школа», знакомая нам по изображениям из русских сказок. Интересно, что мозаика в современном понимании ― это сильно пикселизированное изображение из кубиков или пластинок из непрозрачного цветного стекла (смальт), поэтому все возможные разночтения в стилистиках столь большого количества художников в общем-то в итоге смазались между собой, и в данном масштабе разница чувствуется только в изображениях ликов, а также в орнаментах, которые здесь очень разнообразны, поэтому при просмотре даже в голову не приходит, что всё это рисовали разные люди (да это становится и неважным по сути).

Работы по созданию мозаичных интерьеров начались в 1898-ом году. Причём, сначала сделали мозаики на фасадах, а только потом перешли к декорированию внутренних стен.

Сами мозаики по расположению образов и орнаментов воспроизводят схему поярусного размещения росписей, типичных для православного крестово-купольного храма XVII-го века. В центральном куполе изображён Христос-Вседержитель (он же Пантократор) с книгой (Евангелием), в которой можно прочитать надпись: Мир вам.

Все сюжетные изображения на мозаиках разделяются на два цикла: библейский и относящийся к более-менее реальной истории. Библейские изображения показывают нам события Нового Завета, а также множество ангелов-херувимов, расположенных в этом многообразии изображений в общем-то бессистемно. Что касается истории, то в этой части изображены некоторые князья, отметившиеся в христианской истории Руси, а также различные святые, апостолы и мученики, так или иначе отстаивавшие свою веру ― причём, не только русские, но и святые времён Римской империи.

Мозаики этого храма ― его подлинное сокровище. Да, в храме присутствуют прекрасные образцы каменного зодчества, великолепно выполненные сень, киоты приделов и, конечно же, иконостас. Но резьбой по камню (особенно человека, уже побывавшего в Эрмитаже) как-то не сильно удивишь. Вот мозаики ― совсем другое дело. Восхитительные работы. И для нас это большое благо, что есть возможность посмотреть эти потрясающие образцы. Которые конечно же нужно посмотреть воочию. Данная галерея лишь пытается создать представление об этом уникальном памятнике архитектуры мирового значения.

2016

 

 

Как уже было сказано выше, главной отличительной особенностью храма является наличие мозаик как доминанты пространства интерьера. Здесь они везде и всюду, нет такого места выше облицовки нижней части стен, чтобы не было какого-нибудь мозаичного изображения. Там, где не смогли прописать какие-либо образы, пространство заполнили орнаментами преимущественно растительного толка. Растения для орнаментов большей частью выдуманные, сказочные, хотя на сюжетных мозаиках изображены уже конкретные цветы, потому что здесь они имеют свою смысловую нагрузку. Но в целом храм изнутри насыщен яркими красками. Очень много золота и лазури. И всё такое праздничное, нарядное ― как и многие традиционные храмы XVII-XVIII веков.

 

Отдельное слово нужно сказать о техническом оснащении храма. Электрическое освещение и паровое отопление планировались изначально. Работы по проведению электричества велись компанией «Шуккерт и К». Освещение предусматривалось трёх типов: дежурное, обычное и парадное. При обычном в храме горели шесть люстр, четыре бра и четыре фонаря. В праздничные дни храм освещался 1689-ю лампочками, что обеспечивало достаточную подсветку для всех настенных рисунков.

 

На этой картинке представлен элемент сени, возведённой на местом смертельного ранения Александра II. Сень изготовили по рисунку Альфреда Александровича Парланда руками лучших мастеров Петергофской, Екатеринбургской и Колыванской гранильных фабрик из алтайских и уральских драгоценных и поделочных камней. Чтобы сфотографировать саму сень, нужно сначала разогнать туристов, а их около этого места всегда толпы. Сама сень представляет собой беседку на четырёх опорах, выполненную из различных яшм, крыша сени ― шатёр из змеевика, увенчанный крестом, украшенным 112-ю топазами. Качество резьбы просто отменное, а вот освещение не очень. Кстати, фотографировать можно, но только без вспышки (что естественно, ибо краски вспышку не любят).

 

На стенах очень много масштабных полотен. В частности, сцена посвящённая входу (на самом деле въезду на ослике) Иисуса в Иерусалим ― знаменитый библейский мотив, повествующий о мирном нраве Христа. Люди приветствовали Иисуса и клали ему под ноги свои одежды. Возможно, в этом крылся и практичный смысл (с гигиеной в те времена было сложно, но всё-таки уже тогда в ней чувствовалась потребность). Также в руках у встречающих пальмовые ветви, которые, как пишет Священное писание, также кидали под ноги ослика. В русской традиции пальмовые ветви, как известно, заменили на вербу.

 

Над тремя окнами, каждое из которых с уникальным орнаментом ― изображение сцены Христа в синагоге. Под центральным окном фрагмент сцены Крещения, в нижнем левом углу ― фрагмент фрески Отрок Иисус во храме. Подобно своим предшественникам, изображения на стенах этого храма должны были наглядно демонстрировать прихожанам сцены из Священного писания, таким образом, постоянно напоминая верующим об основных постулатах Церкви.

 

Одна из больших люстр.

 

Центральная часть иконостаса с Царскими вратами. Иконостас выполнен из разноцветного мрамора, хотя цвет камня таков, что сначала кажется, что это дерево. Но это камень (мрамор). Работы по созданию были проведены в Генуе, мастерами фирмы «Нови» в период с 1901 по 1907 годы. Камнерезные работы проводились по моделям русского скульптора Степанова. В оформлении иконостаса принимали участие ведущие предприятия России. Высота центральной части иконостаса всего 6,5 м, но в данном случае, я думаю, это не просто так сделано, потому что мозаики даже в центральном нефе достойны того, чтобы их видели все (обычно эту часть росписей храма видят только священнослужители и посетители храма иногда случайно через дверцы иконостаса).
    Слева от царских врат изображена мозаичная икона Девы Марии с маленьким Иисусом по эскизу В.Васнецова. В центральном кокошнике иконостаса можно разглядеть изображения Тайной вечери, по сторонам от которой изображены св. Василий Великий и св. Иоанн Златоуст, а под Тайной вечерей изображен Деисус.

 

Царские врата иконостаса. Выполнены московской фирмой «И.П. Хлебников, сыновья и К°». В 1920-хх годах декор врат был утрачен, сохранился только их каркас, но реставраторы всё восстановили. Ворота украшены золотом, серебром и многоцветной эмалью. Работа тонкая, ювелирная. Каждая створка разделена на три филенки с изображениями сцен из Благовещения (вверху) и четырёх евангелистов.

 

Как видно, работы выполнены блестяще. Очень тонкая резьба по камню.

 

Резьба сложная, многогранная и выполненная в трёхмерной проекции. Достойный образец каменного зодчества.

 

Спаситель. Мозаика по эскизу В.Васнецова. Здесь ещё один образ Христа-Пантократора, каноничное изображение Христа, восседающего на троне, что символизирует Иисуса как Небесного Судью и Царя. Правая рука ― благословляет, левая держит Евангелие с посланием: Сия есть заповедь Моя, да любите друг друга, как Я возлюбил вас; нет больше той любви, как если кто положит душу свою за другого (Евангелие от Иоанна). Комментарии тут, как говорится, излишни.

 

Херувимы вокруг изображения «Христос во славе» в своде центральной апсиды. Все херувимы ― абсолютно разные.

 

Ещё один элемент арочного декора. Здесь мы видим новую версию шестикрылого херувима.

 

Арочная роспись с Иисусом во главе композиции. Иисус держит в руках Священное писание, и его приветствуют не только ангелы, но и святые. Сцена посвящена Вознесению.

 

Центральный купол с изображением образа «Пантократор» (он здесь сверху выглядывает) оснащён так называемой «короной» с 288 лампами. Малые купола подсвечивались малыми «коронами» из 32-х ламп, а центральную апсиду освещало 276 ламп. Облик Христа окружает плотное кольцо херувимов. Внизу мы также видим изображения, присутствующие в большинстве христианских храмов: центральный купол традиционно окружён четырьмя изображениями: ангела, быка, льва и орла ― так называемый Тетраморф.

 

Образ быка в поздней христианской традиции символизирует образ евангелиста Луки, а образ льва ― евангелиста Марка (ещё Тетраморф составляют образ ангела (Матфей) и образ орла (Иоанн), но они не сфотографированы). Честно говоря, впервые вижу в иконографии быка и льва одновременно шестикрылых и с нимбами, хотя в святых текстах есть упоминание об этих образах именно с шестью крыльями (например, в «Откровении» апостола Иоанна). Так что изображено всё более чем верно. Что касается изображения в арке между Лукой и Марком, то здесь мы видим двух ангелов с жезлами, которые поклоняются некоему коробу, похожему на Ковчег завета. Надо сказать, что рекомендую все интересующие изображения при личном знакомстве храма фотографировать, чтобы потом внимательно всё рассмотреть на экране монитора. В реальности голова начинает кружиться от такого обилия картинок, глаз не сразу понимает, за что цепляться, поэтому многие детали видишь исключительно на фотографиях. Или, на худой конец, взять с собой в храм бинокль, тоже будет полезно для наблюдений, ибо потолки очень высокие.

 

В правой дуге сцена исцеления Христом расслабленного, спущенного через кровлю. В Евангелии описана сцена, когда несколько предприимчивых человек, вместо того, чтобы с немощным больным продираться через толпу, разобрали крышу дома, где находился Иисус, и спустили больного через эту дыру в крыше. Иисус его конечно же потом вылечил, хотя эта сцена не об этом, а о милосердии Христа, который не отвернулся от больного, даже если он проник к нему столь хитрым способом. В левой же дуге пространство занято изображениями шестикрылых херувимов в растительном декоре, являющим собой обработку в стиле «модерн» традиционных древнерусских орнаментов.

 

На этой картине изображена одна из чудотворных сцен «Исцеление двух слепых». При этом рядом совершенно примечательный образец мозаики: градиентный синий фон для цветочка в горшке. И это не блик, фон вверху действительно немного темнее. То есть вот такой простой образец, а выполнен совершенно великолепнейшим образом. Самое главное ― это ж какие надо иметь глаза и терпение, чтобы так удачно подобрать смальты.

 

Здесь на ближайшей к нам плоскости пилона изображено «Благовещение». Все пишут, что это сцена именно благой вести, но я бы сказала, что здесь изображён момент собственно непорочного зачатия, ибо архангел Гавриил изображён на другой картинке, и вот сцена с ним и называется «Благовещение». Здесь же вверху ― Бог-Отец, внизу Дева Мария, между ними ― святой дух в нисходящем луче. То есть здесь изображено событие, предвосхищающее благую весть. Рядом, кстати, изображены белые лилии ― символ непорочности Богородицы, а вот розовые розы здесь можно рассматривать как символ мистического брака (хотя розовый сад ещё является одним из символов рая). То есть здесь на самом деле представлен довольно интимный момент в истории появления на Земле Иисуса Христа, что для иконографии действительно редкость (я так вообще впервые вижу).

 

Рождение младенца Иисуса. К младенцу исходит свет от Вифлеемской звезды. Розовая полоска на горизонте намекает нам, что там восток (действо происходит в предрассветных сумерках), соответственно, звезда действительно Вифлеемская. Образ Девы Марии подписан золотыми буквами (и здесь, кстати, видно, что, по сравнению с предыдущей картинкой, это лицо рисовал совсем другой художник), а вот образ Иосифа как-то вынесен на второй план и изображён в тёмных тонах... и вообще образ земного отца в библейских текстах как-то действительно непримечателен. Не говоря о том, что можно считать каноническим изображение святого семейства в следующих возрастных категориях: юная Дева Мария с младенцем и её законный муж-старик Иосиф. В Эрмитаже, например, представлено огромное количество картин, где Мария ― очень молодая девушка, иногда даже совсем подросток, а Иосиф ― седовласый бородатый старикан. Даже посмотрим на эту ситуацию с обратной стороны: Иосиф нигде не изображён молодым человеком, если только это не свидетельство того, что в древности в 15 лет ты ещё был молод, а в 25 ты уже был стариком ― в общем, на современный взгляд такая возрастная диспропорция как-то неприятно режет глаз.

 

Отдельное внимание заслуживает каменный декор храма. Для этого использовались итальянский мрамор, уральская и алтайская яшма, порфир, орлец. Нижняя часть стен на высоту 2,5 м облицована зелёным итальянским серпентинитом, из этого же камня изготовлены солея иконостаса и резные скамьи вдоль стен (работы по изготовлению были выполнены в Неаполе в 1905 г.). Цоколи четырёх пилонов, поддерживающих потолок (для обывателя это просто колонны в центре храма), на высоту 2,5 м от пола облицованы украинским лабрадоритом. В целом храм представляет собой коллекцию русских и итальянских минералов.

 

На данной картинке представлен декоративный элемент одного из двух киотов храма ― в боковых нефах расположено нечто вроде своих собственных маленьких иконостасов, не таких масштабных, как в центральном нефе, но тоже заслуживающих отдельного внимания. Над убранством киотов трудились более 12-ти лет (1894-1906 гг.) лучшие мастера Екатеринбургской гранильной и Колыванской шлифовальной фабрик. Нашим мастерам иконостас не доверили, им разрешили делать только киоты, но они со своей задачей справились ничуть не хуже итальянцев.

 

Пол также заслуживает отдельного внимания. Он представляет собой 45 мозаичных ковров, для изготовления которых использовались цветной итальянский мрамор. Толщина мраморных пластин составляет от 0,5 до 1 см, в связи с чем на полу видны следы реставрации (кое-где пластинки утеряны и эти места замазали какой-то замазкой) ― храм был сильно повреждён и войной, и запустением, поэтому нет ничего удивительного, что пол не дошёл до наших дней в своём изначальном виде. Хотя сохранился он в общем-то неплохо (опять же, спасибо реставраторам). Общий фон, объединяющий все каменные плиты, составлен из тёмно-зелёного серпентинита. Пол изготовлен был в Италии (в Генуе) всё той же фирмой «Нови» в 1903-1905 гг.

 

p.s. Разумеется, на картинках представлено далеко не всё. Этот храм изнутри можно долго разглядывать, и здесь действительно есть на что посмотреть даже человеку, далёкому от религии. Удивительно точно переданы оттенки, градиенты, удачно подобраны цвета, великолепно прорисованы фигуры, лики. В образах читается настроение, тут авторам действительно незачем объяснять, что они пытались изобразить ― картины говорят сами за себя. И пусть над созданием внутреннего убранства храма художники трудились аж целое десятилетие, это была работа, выполненная на века. Это настоящий художественный подвиг, так что памятник получился грандиозным и по задумкам, и по масштабу. Это действительно уникальный храм, других таких больше нет. В 2016-ом году этот памятник вошёл в ТОП-10 лучших достопримечательностей мира по версии TripAdvisor, заняв достойное 7-е место среди уникальных памятников, знаменитых на весь мир. Не говоря о том, что весь исторический центр Петербурга в принципе является объектом всемирного наследия ЮНЕСКО, что, на мой взгляд, совершенно справедливо. Так что хорошо, что у коммунистов руки не дошли. Если бы этот храм всё-таки уничтожили, потомкам было бы потом очень стыдно за своих нерадивых предков. Потому что снести такой храм могли бы только обезьяны. Не важно, из-за чего он возник и во имя чего. Это прежде всего объект культурного наследия человечества и величайший памятник, выполненный русскими художниками. В какой-то степени мне даже странно, что именно этот храм не стал символом России, хотя Россия настолько огромная страна, что у неё не может быть какого-то одного символа. Это целая плеяда символов, огромный список, в котором нет ни первого, ни последнего места. Потому что подлинные шедевры в рейтингах не нуждаются. Ими надо просто любоваться. Вот как этим храмом, в который я наверняка ещё не раз вернусь ― я уверена в этом. Чего и вам желаю.

 

Для создания данной страницы использованы материалы брошюр «Спас на крови. Храм

Воскресения Христова», написанной под руководством Н.В. Бурова, директора музея-памятника

«Исаакиевский собор», и «Мозаики Иконостаса Спаса на крови», написанной Л. Белецкой

(обе брошюры © СПбГБУК ГМП «Исаакиевский собор», 2016).

 

 

Другие фотографии Санкт-Петербурга

 

Главная страница

 

© Таэма Дрейден, 2016-∞